Мохнатая лапа Герасима  - Дарья Донцова

День своего юбилея Елена встречала вдвоем с мамой, близких подружек она не завела. Анна купила бутылку шампанского, вдохновенно произнесла речь про большие перспективы дочери. И тут всегда послушная Леночка взорвалась:

– Замолчи! Я не дура. У меня одна дорога: тухнуть в гимназии, через сорок лет я стану морщинистой старой девой с пятью кошками. И никого рядом.

– Я всегда буду рядом с тобой, – воскликнула Анна.

Елена расхохоталась:

– Посчитай, сколько тебе лет исполнится в мое семидесятилетие, и сообрази, где ты тогда будешь находиться. Хватит, мама! Предоставь мне жить так, как я хочу. Это ты виновата в моем ледяном одиночестве.

Анна Григорьевна только моргала, слушая поток обвинений, который лился из уст любимого чада на ее голову. Высказав матери все, что думает, Елена хлопнула дверью и убежала. Анна решила проявить инициативу. Она стала обзванивать знакомых с вопросом: нет ли в их окружении приличного холостого мужчины. Но акция не имела успеха.

Через полгода Лена объявила матери, что выходит замуж за Андрея Красавина.

– Кто он? – спросила аристократка.

Дочь протянула ей листок бумаги.

– Тут краткая справка.

– Боже, боже, – запричитала Анна, изучив документ, – он из нищей семьи! Высшего образования нет! В девятом классе бросил школу, аттестат получил, обучаясь в экстернате. Катастрофа! Этот тип хоть читать умеет? Елена, его никогда бы не одобрили твои предки.

Дочь сложила руки на груди.

– Несколько вопросов на злобу дня. У нас долг по коммунальным счетам за сколько месяцев? Если не ошибаюсь, за два.

– Уже три, – грустно уточнила Анна.

– Потрясающе, нас выселят как неплательщиков. Я донашиваю старые платья, – продолжала Елена, – туфли почти развалились. В холодильнике один пакет кефира.

– Еще четыре яйца, – пролепетала мать.

– О, – засмеялась дочь, – это здорово меняет ситуацию. Сегодня двадцать третье число, пенсию тебе дадут пятого следующего месяца. Мы сможем до получения жалкой подачки дожить? Растянем кефир и яйца на весь срок?

– У тебя тридцатого зарплата, – напомнила Анна.

– Большую часть жалких копеек придется отдать в счет долга за электричество, – рявкнула Лена, – иначе его отрежут! Будем, как наши предки-аристократы, при лучине сидеть. Мама, у Красавина миллиарды, он в меня влюблен без памяти. Как увидел, так сразу предложил в загс бежать.

– Миллиарды? – растерянно повторила мать. – Как он их заработал, не имея образования?

– Мне это по барабану, – отрезала Елена, – хочу жить в особняке и не думать, где взять денег на хлеб. Надоело. Беседа окончена. Все. Я выхожу замуж. Красавин…

– Наши предки… – заикнулась было Анна.

– Давно умерли, – перебила ее Елена, – вечная им память, земля пухом. Это моя жизнь, не твоя.

– Ты очень молода, наивна, – заехала с другой стороны старшая Шляхтина-Энгельман, – брак предполагает интимные отношения. Отказывать мужу нельзя, иначе он заведет любовницу. Очень тяжело заниматься сексом с тем, к кому не испытываешь нежных чувств.

– Ничего, перетопчусь и привыкну, – отмахнулась Елена. – Мама, мы уже подали заявление. Свадьба через месяц.

– Боже! Зачем так быстро! – возмутилась Анна. – Это неприличная спешка. Подождите год, проведите его как жених и невеста, а…

– Я беременна, – перебила ее Лена.

Анна подумала, что ослышалась.

– Ты что?..

– Жду ребенка, – пояснила дочь.

– Отношения до свадьбы! – схватилась за голову Анна Григорьевна. – Наши предки…

– Гори они в аду, – промурлыкала Лена.

– Но мои подруги, – запричитала мать. – Что я им скажу? Дочь познакомилась с мужчиной и через месяц легла с ним в постель…

Елена рассмеялась:

– Вечером.

– Ты о чем? – не сообразила Анна.

– Мы познакомились в обед, – растолковала Леночка, – и в тот же день после ужина я очутилась в его кровати. В огромной квартире в центре Москвы.

– Невероятно, – прошептала Анна. – Лена, о чем ты только думала?

– О том, что это мой единственный и последний шанс стать женой миллиардера и жить потом, ни о чем не беспокоясь, – заявила младшая Шляхтина-Энгельман.

– Боже, что скажут Нина и Антонина? – простонала Анна.

– Старые жабы лопнут от зависти, – развеселилась Леночка. – Прикинь, у них больше не будет повода жалеть «бедную Анечку». Не волнуйся, мама, гадюки прикусят свои жала. В лицо тебе они споют осанну. За глаза, полагаю, пожелают нам сдохнуть. Но не все ли тебе равно, что эти бабы о Шляхтиной-Энгельман говорят?

И ведь все вышло, как предсказала Лена. Прогремела шикарная свадьба, в положенный срок на свет явилась Ирочка. Началась сказочная жизнь. К странностям характера зятя теща быстро привыкла. Андрей был почтителен и весьма предупредителен с матерью жены. Анна неожиданно для себя полюбила Красавина, стала считать его сыном. Казалось, что все беды остались позади.

Я очень хорошо знаю: нельзя перебивать клиента, который пришел с какой-то проблемой. Человеку надо дать выговориться, ведь никогда не знаешь, что из сказанного им окажется самым нужным. Иногда простая фраза вроде «В субботу весь день шел дождь» решает все дело. Поэтому я молчала, пока Анна говорила, и задала вопрос лишь тогда, когда дама замолчала.

– Зачем мы вам понадобились?

Теща Красавина прищурилась:

– Умершие домработницы, о которых я сообщила. Как вам это?

– Жаль женщин, – вздохнула я, – но, если я правильно поняла, они скончались от естественных причин.

– Полиция так решила, – нахмурилась Анна.

Коробков, мой давний друг, главный спец по компьютерам в бригаде, до сих пор сидевший молча, спросил:

– У вас другое мнение?

– Мне сообщили, что ничего подозрительного нет, – медленно произнесла Анна, – когда скончалась Надежда, я разволновалась. Еще не пожилая баба и инсульт? Странно. А потом мне дали заключение специалиста. О господи! Странно, что женщина с таким букетом болезней до своего возраста дожила!

– Острое нарушение мозгового кровообращения случается и у молодых, – заметила я.

– Ваша дочь не проверяет состояние здоровья тех, кого нанимаете? – удивился Димон. – Когда мы с женой искали няню для ребенка, я выяснил даже, сколько пломб в зубах у той, кого нам рекомендовали.

– У Елены бизнес, она очень занята. Поэтому в самое дорогое агентство я поехала, – заявила Анна, – мне показали несколько анкет. Менеджер особенно рекомендовал Надежду, заверил: «Она здоровее лошади». Я возразила: «Мне не нравятся полные горничные, они неуклюжи, несимпатичны». Но мужчина, который со мной беседовал, посоветовал: